<< Главная страница

Глава седьмая





Я схитрил и снова вышел сухим из воды.
В полицейском управлении наблюдается большое оживление

Э, черт побери! Дело дрянь. Тут уж не до шуток.
Из машины вылезли лейтенант Трам, Каучу и еще несколько фараонов. Трам вместе с Каучу направился к главному входу, остальные окружили дом. Шарики у меня заработали вовсю, и я в десятые доли секунды обдумал простой до гениальности план. Фараоны, конечно, не подозревают, что я здесь. Их интересует вдова. Видно, они что-то пронюхали и помчались ее искать. Ясно, что ее хотят зацапать. Но мне такая перспектива не очень улыбается. Конечно, блондинка это заслужила, но не сейчас. Еще рано. Сначала я кое-что должен выяснить, и притом непременно у самой вдовы.
- Пошевеливайся,- говорю.- Исчезни. И чтобы звуку твоего не было слышно.
Она смотрит на меня и ничего не соображает.
Тогда я без лишних слов запихал ее в шкаф и отволок чемодан в гардероб и все мигом перевернул вверх дном: вытащил ящики буфета, бросил их на пол, сорвал с кровати одеяло и простыни. Не успел я доломать стул, как меня схватили сзади за шиворот. Я оборачиваюсь: в семи с половиной сантиметрах от меня стоит и нахально скалится этот недоносок Каучу.
- Лейтенант,- завопил он,- посмотрите, какой я гриб нашел!
Тут я ему врезал по левой ноздре. От души врезал, и Каучу, понятно, с копыт. Но брякнулся об пол он не очень сильно и тут же попытался вскочить. Только я уже был у двери. Распахнул ее и...
очутился в объятиях Трама и еще двух фараонов.
- Вот это мило,- говорит Трам.- Какой приятный сюрпризец! Ну ь теперь давай плюй.
- С моим удовольствием,- отвечаю. И как плюну прямо в глаз Каучу: очень уж пристально он меня разглядывал. Только я ему заклеил форточку, как он смазал меня по физиономии. Я притворился, будто умираю от боли, и закрыл лицо руками. В ту же секунду Каучу надел мне наручники.
- Плюй - значит выкладывай все начистоту,- говорит Трам. И тебе это отлично известно. Так что хватит прикидываться. Рассказывай, что ты тут делал и куда делась вдова. Но сначала отдай пистолет.
Каучу вырывает у меня пистолет и отдает его лейтенанту. Я глубоко вздыхаю.
- Только постарайся поменьше врать, - говорит Трам. -
Вдова,- начинаю я рассказывать,- смылась. Я хотел с ней побеседовать и решил заглянуть сюда. Только подошел к аллее, вижу, катит ваша машина. Тут я спрятался за изгородь. Гляжу, из машины выходят Каучу и блондиночка. Потом Каучу уехал, а вдовушка скрылась в доме. Она, видно, юркнула в черный ход, и поминай как звали. Сработано все было чисто.
- А потом ты надумал пошуровать на вилле? - спрашивает Каучу.
- Да нет,- говорю.- Просто в доме никого не было, и мне захотелось взглянуть на новую мебель. Ведь я собираюсь обставить свою квартиру в стиле модерн.
- О твоей квартире государство позаботится, - хмыкнул Каучу.
Тем временем Трам стал шарить по комнате. Если он вздумает открыть шкаф, я пропал. Он осмотрел кресла, заглянул под кровать, раздвинул занавеси.
- Что же ты все-таки искал? - спрашивает Трам.
- Сам не знаю. Когда ищешь, чего-нибудь да найдешь.
- Мы утром итак все перерыли,- говорит Каучу.- Все уголки обшарили.
Трам в сердцах пнул ногой ворох белья на ковре.
- Пошли, - сказал он.
- Куда? - спрашиваю.
- В Центральное управление,- отвечает Трам.- Ты арестован по обвинению в нарушении неприкосновенности жилища. Посиди, милейший, в холодке. Не то снова повезешь в своей машине покойничков на прогулку.
И мы потопали. Проходя мимо живой изгороди, за которой прятался Грэг, я стал насвистывать одну модную песенку. Теперь Грэг знает, что ему делать.
Наконец мы подъехали к Централке. Трам повел меня прямо в свой кабинет, и Каучу потрусил за нами, словно верная собачонка.
- А теперь давай побеседуем, - сказал Трам, когда мы уселись поудобнее.- И выкинь из головы, что ты опять сумеешь удрать.
- Не беспокойся, - отвечаю. - Мне надо отдохнуть и хорошенько выспаться. Ну, спрашивай!
Трам вынул мою пачку сигарет и бросил ее на стол. Я взял ее и открыл.
- Пустая, - говорю.
- Знаю,- отвечает Трам. - Пустая и клочок обертки оторван. Вот он. Что ты об этом скажешь?
Он вынул из ящика клочок бумаги и положил его на стол. Я улыбнулся.
- Допер,- говорю. - Я так и думал.
- Не у одного тебя черепушка работает. Не нужно большого ума, чтобы понять: раз ты измерил слой пепла, значит, сигарета еще дымилась. А раз она дымилась, то сунуть ее в руку покойничку могла одна вдова. Остается выяснить, зачем вдовушке понадобился этот трюк. Ты сам что-нибудь знаешь?
- Ровным счетом ничего. Пока вся эта история - темный лес. Есть у тебя хоть какие-нибудь догадки?
- Целых сто и ни одной вполне убедительной,- говорит Трам. - А пока я хотел бы узнать от тебя кое-что о толстяке Доменико.
- Кто такой? - спрашиваю.
- Тот самый тип, которого ты возил на прогулку в машине. - Впервые слышу, что его звали Доменико.
- Значит, ты его хлопнул, даже не познакомившись,- удивился Трам.
- Никого я не хлопнул, - говорю и рассказываю, как было дело. Только я умолк, как Трам и Каучу загоготали, словно им пятки щекочут.
- Тебе бы надо писать комические пьески для телевидения, - говорит Каучу. - Фантазия у тебя здорово работает, да только здесь твой талант зря пропадает.
Я похвал плечами.
- Можете гоготать сколько вам влезет. А только все так и было.
- Выходит, ты продырявил ему спину, желая посмотреть, что у него внутри? - спрашивает Каучу.
- Дырку в спине ему не я проделал,- говорю,- а тот, кто прятался под задним сиденьем моей машины.
- Толстяк Доменико был одним из шоферов Блю Катарро. Ты что, и этого не знал? - спрашивает Трам.
При имени Блю Катарро я насторожился.
"Черт побери! - говорю я себе.- Кое-что начинает проясняться. Блю Катарро - владелец ночного клуба "Морено". А вдова с фиолетовыми глазами, по ее словам, именно там провела ночь в то самое время, когда ее муженек отправился к праотцам.
Ну а что за тип Блю Катарро; все знают. И полиция тоже знает. В архиве на него имеется солидное досье, но полиции так и не удалось найти свидетелей. Начал он свою карьеру с того, что ограбил автобус туристов и многих из них укокошил, затем изрезал на куски президента одного страхового общества, причем в присутствии всего наблюдательного совета. Но и тут он выкрутился, доказав, что произошла ошибка. Лишь один единственный раз его поймали на месте преступления, упекли в тюрьму и даже судили. Он пощекотал кинжалом владельца обувного магазина. Корреспондент газеты <Курьерский вестник> сфотографировал Блю в тот самый миг, когда он сжимал в руке кинжал, вонзившийся в спину жертвы.
Но и тогда Блю Катарро доказал, что он лишь вынимал кинжал из раны. А разве можно осудить человека, вынимающего кинжал из спины ближнего? Всего Блю Катарро укокошил девяносто шесть человек, включая пассажиров автобуса. Полиции все это известно, но она не в силах что-либо предпринять. Со временем Блю Катарро отошел от активной деятельности и открыл ночной клуб "Морено". Там он по-прежнему занимается всякими темными делишками, но уже под прикрытием законности. "Морено" - лучший ночной клуб в городе, его посещают самые уважаемые граждане и первые богачи. На втором этаже играют в азартные игры. Но попасть туда могут лишь очень немногие. Пока дирекция "Морено" не наведет о вас все справки, о втором этаже нечего и мечтать. Полиция не раз пыталась проникнуть наверх, но так и не сумела. Ведь для этого надо иметь большие связи в верхах".
Все это я вспомнил буквально за одну минуту и попытался соединить вместе разрозненные куски. Но тут оплеуха Каучу вернула меня к действительности.
- Еще рано спать, милейший,- говорит Каучу.- Лейтенант о чем-то спросил тебя, а ты до сих пор не ответил.
- Прости,- говорю.- Я забыл о чем ты меня спрашиваешь, Трам. Может, повторишь свой вопрос?
- Ты знал, что толстяк Доменико был одним из шоферов Блю Катарро? - спокойно сказал Трам.
- Нет, но сам факт, что тут замешан Блю Катарро, открывает новые пути для расследования.
Трам поднялся и стал расхаживать по комнате.
- Если только этот путь не окажется в итоге тупиком. - Надо еще доказать, что Блю Катарро замешан в этой истории, - заметил Каучу.
Трам остановился, пристально поглядел на меня. В ответ я многозначительно улыбнулся. Вижу, что он растерян и никак не может принять решения. В этот момент вошел фараон и положил на стол пистолет и лист бумаги. Трам взял бумагу, прочел ее и тихонько вздохнул.
- Можешь забирать свою игрушку. Пуля, уложившая наповал толстяка Доменико, от пистолета другого калибра.


далее: Глава восьмая >>
назад: Глава шестая <<

Карло Мандзони. Я разукрашу твое личико, детка
   Глава первая
   Глава вторая
   Глава третья
   Глава четвертая
   Глава пятая
   Глава шестая
   Глава седьмая
   Глава восьмая
   Глава девятая
   Глава десятая
   Глава одиннадцатая
   Глава двенадцатая
   Глава тринадцатая
   Глава четырнадцатая


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация